Increase font size Default font size Decrease font size Narrow screen resolution Wide screen resolution Auto adjust screen size
OOPS. Your Flash player is missing or outdated.Click here to update your player so you can see this content.
You are here : Главная arrow Рецензии arrow ПОД РЖАНЬЕ ЛОШАДЕЙ… или ЧЕЧЕНСКАЯ РЕСПУБЛИКА по-ставропольски
ПОД РЖАНЬЕ ЛОШАДЕЙ… или ЧЕЧЕНСКАЯ РЕСПУБЛИКА по-ставропольски Версия в формате PDF Версия для печати Отправить на e-mail
Рейтинг: / 3
ХудшаяЛучшая 
Написал sibrall   
01.09.2009
(Продолжение)  
На четырех больших страницах представлен Военный комиссариат Республики. (с. 71-75) Сформированный 19 января 2000 г. комиссариат сетует, что обустраивался в «полуразрушенных, отремонтированных своими силами зданиях», подвергаясь «как в ночное, так и в дневное время обстрелам из стрелкового оружия и гранатометов». Они даже не представляют, как им неслыханно везло в то время, когда на головы каждого чеченца с ясного неба сыпались градом бомбы, а с земли-матушки их доставали из всех щелей «Грады», «Ураганы», «Бураны» и пр. «стихийные бедствия»!..  «Выполнение задач проводилось в сложных условиях социально-политической обстановки на территории Чеченской Республики, проведения контр террористических операций против членов незаконных вооруженных формирований, банд международного терроризма» - используют военные комиссары неограниченные возможности богатого русского языка. Вот так единым махом можно, оказывается, либо обойти первую жесточайшую и несправедливую войну под названием «Наведение конституционного порядка», либо употребить множественное число и объединить первую войну со второй карательной экспедицией, осуществленной в лучших традициях ХIХ века. Назвал истребление народа борьбой с «международным терроризмом» и совесть спокойна, потому что, подумать только, но именно это - «дает заряд нравственности нынешним работникам военных комиссариатов»!  
  Особенно умиляет, трогает до глубины души забота военных комиссариатов о подрастающем поколении: «Члены родительского комитета собрали материал о ратном труде, о трудовых доблестях граждан Республики, и в своих беседах, выступлениях, (в СМИ, в том числе – М.В.) родители используют примеры старшего поколения – участников в войнах по защите своего отечества от внешних врагов, (!!!) имеющих родственные связи с молодыми людьми. Пример отцов свят для юношей!». Последние слова просто напрашиваются на огромный транспарант, да на самое высокое место в Чечне, чтобы помнили ныне и присно, и в веки веков!.. (Тем более, что юноши, в свою очередь, не уронили чести отцов…) Но и это еще не все: «Военным комиссаром Республики генерал-майором Цуевым С.-С.Ю. проводится цикл выступлений по телерадиовещанию на темы: «Служить Отечеству – долг мужчины», «Отечество и дом – священные слова»! Не удержусь, чтобы не прописать еще раз, но так, чтобы впечатались они крупным шрифтом в сердце каждого воина-чеченца: «ОТЕЧЕСТВО И ДОМ – СВЯЩЕННЫЕ СЛОВА»! Мы с Вами об одном и том же доме говорим, генерал? Нельзя пройти и мимо заботы комиссариата о ветеранах ВО войны, которые при «дудаевско-масхадовском режиме» были лишены возможности получать пенсии. «Порой рискуя жизнью», (!) персонал комиссариатов, - пишут они, - «постоянно выезжал в села и др. населенные пункты с целью проведения работы по восстановлению воинского учета пенсионеров (Минобороны РФ), членов семей погибших (умерших) военнослужащих, ветеранов (ВО) войны…». Не дай Бог кому оказаться на месте этого персонала, подоспевшего к похоронам ветерана Великой Отечественной войны, погибшего под бомбами, сброшенными на его село летчиком российской армии! Или умершего от сердечного приступа в момент, когда «враги сожгли родную хату, сгубили всю его семью»!.. 
 Но не все так безысходно. Оставшиеся в живых ветераны-пенсионеры могут теперь регулярно получать свои пенсии, и это радует. Вот только «сторожевые наблюдательные вышки», построенные «по всему периметру двухэтажного штабного модуля», возвращают нас к временам Максима Максимыча из известного романа Лермонтова. Неужели и Казбич где-то рядом? В мирное время ведь живем…
  Конечно, мы не будем разбирать каждый раздел этой книги с ее абсурдными статьями и бездарными фотографиями… Надеюсь, у вас достаточно обострилось зрение, и вы сможете не только разглядеть крохотную птичку на папахе А.-Х. Кадырова, отвернувшегося от срама под названием «чеченская свадьба» (с.350); разглядеть тень самого Кадырова размером чуть больше той птички (с. 86) из-за угрожающих размеров трезубца фонарей за его спиной; голые части тел мужчин и женщин на приеме у врачей на страницах раздела «Министерства здравоохранения»; позорнейшие снимки Государственного (!) ансамбля «Вайнах» - «визитной карточки Чеченской Республики» (???) - на страницах раздела «Министерства культуры»; увидите полное безразличие авторов книги к детским работам из Художественной школы п. Ойсхар (с. 207) и многое, многое другое…
  Но не сказать о разделе культуры, конечно, нельзя. Культура для чеченца важнее хлеба. На восьми страницах, из заказанных Министерством культуры только для самого министерства, (исключая театры и музеи) будто напечатан отчетный доклад министра перед своим коллективом. Отсюда и недопустимые в книге, но уместные в устной речи (конечно же, не министра) обороты и слова: «Пение под «фанеру» должно…», «последнее воскрешение ансамбля», «из активной фазы в вялотекущую…» и т.д. Неуместны в книге о государстве всевозможные планы на будущее, пожелания, благодарности, критика, чествования министра, сетования… И уж совсем не уместен в такой «официальной» книге гимн на трех страницах лично министру культуры! (с. 195-197) Если говорить языком шоу-бизнеса, то эти страницы должны были обойтись министерству в 75 тысяч рублей! (Заказавшим более трех страниц, делались скидки – страница им обходилась в 25 тысяч руб. Сугубо министерство занимает здесь десять страниц. Считайте сами…)  
 Кто сказал работникам культуры, что слово «вайнах» переводится с чеченского языка, как «свои люди»? «Наш народ»!!! «Хьо ви нех вуй?» - спрашивают ингуши. – «Ты из нашего народа?» «Со вай нех ву!» - отвечает чеченец. – «Я из нашего народа!» 
 «Также состоялись гастроли театра им. М. Лермонтова со спектаклем «Рыцари Кавказских гор» - не забыли упомянуть здесь же, но постеснялись перечислить, сколько громких наград и откуда привез режиссер Солцаев за свой спектакль о русских «рыцарях» – Ермолове, Грекове, отрядах, которые «резались жестоко» с чеченцами на реке Валерик, поставленных в один ряд с А.-Х. Кадыровым и Рамзаном Кадыровым (уже после «переработки» сценария). Есть чем гордиться Министерству культуры Чеченской Республики!
  «Последнее воскрешение ансамбля «Вайнах» произошло весной 2001 года»… Какое отношение нынешний состав имеет к легендарному советскому ансамблю, основанному в 1939 году? Пора бы уже обратить государству внимание на этот коллектив, имеющий отдаленное представление не только о хореографии, но о танце вообще. 
  «Одна из наших новаторских задумок – развитие шоу-бизнеса, пока еще не прижившегося в Республике» - пишет анонимный автор, (с. 192) будто не зная, что мир устал от этой субкультуры, любой ценой и при любых обстоятельствах делающей исключительно деньги. Потому у нас и «не прижился» шоу-бизнес, что растлевает культуру, уродуя вкус, не признавая все, что составляет национальное достоинство. Искренне верю, что эта «новаторская задумка» умрет раньше, чем реализуется в Чечне, нацеленной на духовно-нравственное возрождение, иначе мы обречены будем слушать круглые сутки не только под «фанеру», но и под обнаженные телеса: «Я не могу без тебя, приди, укради!», так раздражающее сегодня не только министерство, объявившее этим примитивным песенкам войну. 
 Порадовали слова на странице Национального музея: «Говорят, если человек не знает свою историю, то он не может построить будущего…». Правильно говорят! Могу только добавить, что история – это и вчерашний день, а не только средние века или бронзовый век. Это не только коллекции оружия и монет. - Это «дела, которые мы делаем сегодня» и которые, соглашусь с вами: «завтра станут историей и займут свое почетное место в музеях – верных хранителей тех эпох и событий…». Но без дня вчерашнего наша с вами история будет поражена неизлечимой болезнью – витилиго. С той лишь разницей, что эти белые пятна будут на вашей совести, «верные хранители»! 
 Над страницей «Литературного музея имени М.Ю. Лермонтова» можно просто обрыдаться! Жгучими, горькими слезами! – так жаль казаков, которые никак не перережут, не перестреляют окончательно этих живучих «злых чеченов»! Но для начала вернемся к названию – не «имени» поэта, а самого поэта музей – Музей Лермонтова! И не летний это дом, не дача, если на это намек, а самая настоящая, основательная старинная помещичья усадьба, в которой жила и умерла семья Хастатовых. 
 Исследуя вот уже лет 15 биографию и творчество Лермонтова, я даже не догадывалась, что «великий русский поэт… был покорен красотою Кавказа», слушая песни и рассказы гребенских казаков, «от которых сердце юного поэта трепетало в груди». Оставим «юного поэта», слушающего песни и рассказы казаков, (это из ряда вон!) и обратим свои взоры на поэта великого, который сам говорит о своих собеседниках: «Старик чеченец, Хребтов Казбека бедный уроженец, /Когда меня чрез горы провожал, /Про старину мне повесть рассказал…». И вот тут сердце великого поэта действительно «затрепетало в груди», если он написал по следам этого рассказа свою самую пронзительную поэму «Измаил-Бей» о патриоте своей земли, защитнике Отечества своего – чеченце, который, не раздумывая, лишил жизни «насмешливого казака», оскорбившего его народ!.. Но кому это интересно на Ставрополье? Это должно быть нашим кровным делом – писать и восхищаться Лермонтовым, посвятившим львиную долю (и какую!) своего творчества Чечне! А что мы читаем на этой дорогостоящей странице? «Жгучие танцы горцев заставляли Лермонтова мысленно бродить по великолепным склонам седого Кавказа, собирать звезды, падающие в быстрые, горные бурлящие речушки». Очевидно, речь идет о речке Валерик: таких «жгучих танцев горцев» мир не видел никогда! Что там звезды, когда поэт увидел в этой реке отражение самой Смерти, в очередной раз окрасившей ее воды кровью горцев и их врагов… «Жалкий человек. Чего он хочет!..» - воскликнет поэт, увидев дело рук своих сотоварищей, гибель которых его абсолютно не тронет: «не нашел в душе моей я сожаленья, ни печали…». Зато «там вдали, грядой нестройной, /Но вечно гордой и спокойной, /Тянулись горы…». Гордой грядой! Спокойной. Будто говорили поэту: «нам не впервой гибнуть за свою землю»! Но, господа горе-издатели, говоря словами поэта: «Свой ум вы не привыкли мучить /Тяжелой думой…» 
 «Не битвы грозные, не величественные горы Кавказа, буйные реки и безбрежные моря, а жизнь нелегкая, казачья воспета в стихах Лермонтова», - пишут они, выдавая свое абсолютное незнание творчества поэта. И битвы воспеты поэтом так, что кровь в жилах стынет, и признаниям в любви к величественным горам Кавказа нет числа, и Тереку посвящены целый ряд поэтических строк, вот только о «нелегкой казачьей жизни» поэт не страдал и не писал! Посвятить такую недешево доставшуюся страницу «Казачьей колыбельной песне», расписав такие подробности ее происхождения, мог только человек, не имеющий никакого отношения к Чеченской Республике.
 Да, Белинский усмотрел здесь, что «все, что есть святое, беззаветного в любви матери… вся бесконечность кроткой нежности, безграничность бескорыстной преданности, - все это воспроизведено поэтом во всей полноте…» Да, великий критик мог восхищаться даже: «как же он так глубоко мог проникнуть в тайны женского и материнского чувства…». Белинский – не чеченец! Ему простительно, что он не на другой стороне, представленной здесь. Но как можно было ослепнуть и оглохнуть, потерять разум настолько, чтобы не понимать, что речь идет в этой «колыбельной» непосредственно о тебе, о твоих предках!?.. В книге о твоей – Чеченской - Республике!..
 Чем умиляться над тем - «КАК была написана» эта песня? - может, стоило задуматься, О ЧЕМ она?
 «Спи, младенец мой прекрасный…», - склонилась любящая мама, молодая красивая казачка, над своим новорожденным сыном. «Злой чечен ползет на берег, Точит свой кинжал», - поет она в станице Червленная, а в это время чеченки, склонившиеся над колыбелью своих младенцев, как пишет поэт: «пугают русским именем детей…». (Т.е. и казаками, что для них было одно и то же) Затяжная война, по Лермонтову, зашла слишком далеко – по обе стороны Терека живут люди, не смеющие терять бдительности!.. 
 «Но отец твой старый воин, Закален в бою…» - не за стариком замужем красавица – это война длится десятилетиями! А на чьей земле? Против какого врага? «Сам узнаешь, будет время, Бранное житье; Смело вденешь ногу в стремя И возьмешь ружье» - не сомневается казачка, что эта война с «злыми чеченами» продлится еще лет 18-20! И уже сейчас она готовит слух младенца к имени врага, чтобы он рос, зная, кто его враг! «Я седельце боевое Шелком разошью… Богатырь ты будешь с виду /И казак душой. Провожать тебя я выйду – Ты махнешь рукой…» - не видела другой жизни, кроме бранной, женщина, ставшая уже сама матерью. Поэтому ей даже в голову не приходит пасть на колени и молить Бога, чтобы Он помог ради ее сыночка остановить эту вечную войну! Напротив, со всей своей «нежностью» «материнского чувства» она надеется, что ее сын непременно должен вырасти богатырской силы, чтобы, наверное, раз и навсегда покончить с этими «злыми чеченами». На чеченской же земле! «Сколько горьких слез украдкой Я в ту ночь пролью!..» - потому что сыночек ее, в отличие от Ильи Муромца, не будет заговорен от смерти в бою… «Стану я тоской томиться, Безутешно ждать» - как тосковала по мужу, отцу ребенка, как ждет безутешно его, и сейчас воюющего против чеченцев. С рабской покорностью принимает молодая мама обреченность судьбы сына! И это не знавшая крепостного права, дочь «свободных» и глубоко верующих казаков, которой не приходит в голову искать защиты у Всевышнего! Но это не значит, что она не молится Богу. «Стану целый день молиться…» - не о том, конечно, чтобы война прекратилась, а о том, чтобы, убивая «злых чеченов», сыночек ее родненький вернулся из «чужого края» домой невредимым. «Стану думать, что скучаешь Ты в чужом краю…» - как это трогательно: убивая чужих матерей с детьми, скучать по своей родимой мамочке! (Как, примерно, отец ее сына воюет в Чечне, пишет Лермонтов в том же «Измаил-Бее»: «Как хищный зверь в смиренную обитель Врывается штыками победитель. Он убивает женщин и детей, Невинных дев…»). 
«Дам тебе я на дорогу Образок святой: Ты его моляся Богу, Ставь перед собой; Да готовясь в бой опасный, Помни мать свою…» - вот оно «все, что есть святое, беззаветного в любви матери…» - перекрестись перед боем – и можешь убивать в бою опасном направо и налево, а молитва тебя будет охранять, да помни о благословение матери еще от колыбели, когда силы будут покидать тебя – так надо понимать «несчастную» мать?.. 
  Кто сказал, что поэт написал эту колыбельную, потому что ему «понравилась песня» казачки Дуньки Догадихиной? Именно в такие минуты Лермонтов задыхался от презрения. Среди тех, кого при Валерике видел Михаил Лермонтов, мог быть вполне и муж этой казачки: «Один солдат был на коленах;.. слезы капали с ресниц, Покрытых пылью… лежал их капитан. Он умирал;.. шептал… «Спасите братцы.- Тащат в горы… Долго он стонал… Затих и душу отдал Богу; Стояли усачи седые… И тихо плакали… Меж тем товарищей, друзей Со вздохом возле называли…» Глубоко презирая этих горе-победителей, поэт писал, что «не нашел в душе моей я сожаленья иль печали». Напротив, «с грустью тайной и сердечной» он думал: «Жалкий человек… беспрестанно и напрасно один враждует он – зачем?» Беспрестанно и напрасно! Как и в песне казачки. Вот чем был Лермонтов потрясен – он понял, что пока есть такие матери, с колыбели готовящие сыновей к беспощадным убийствам своих соседей, этому безумию не будет конца!.. 
 Но чтобы услышать самого поэта, умевшего не только слушать, но внимать словам чеченцев, нужно быть самим чеченцами!.. Как нужно глазами чеченцев, а не казаков смотреть на творчество Льва Толстого, тогда вы найдете в кармане писателя билет не до Владикавказа, а до Батайска (Ростовской области); тогда вы увидите, что повесть «Казаки» - это антиказацкая повесть; что, уйдя из Ясной Поляны, писатель не «стремился в казачьи станицы», он ехал к своим единомышленникам-кунтахаджинцам, чтобы быть ими похороненным по мусульманским обычаям, поскольку всю долгую и сознательную жизнь прожил в Исламе; что не «наличие элементов суфийской философии Кунта-Хаджи» было «в творчестве» Толстого, а Толстой сам, оказавшись в Чечне, стал носителем мировоззрения своего духовного учителя – Кунта-Хаджи!..  
  В сталинские времена подобную книгу назвали бы целенаправленной, хорошо продуманной идеологической диверсией. И правильно сделали ли бы. Но и это уходит на задний план, когда переходишь к разделам на страницах 508 и 513-518. Это «Русский национальный культурный центр» и «Терское казачество».
 «Русский центр», как они справедливо пишут, образовался в 1991 году, но не из-за «оголтелой дудаевщины», а благодаря поддержке именной этой власти, которая выступила инициатором создания Этнического совета с широкими правами и полномочиями, вплоть до вхождения в парламент руководителя этого Совета, в нарушение регламента! С правом вносить от имени Совета поправки в действующие (!) законы на территории Республики! Вот, когда понадобилось срочно создать сначала центр, объединяющий русскую диаспору в Чечне, до этих пор считавших, что являются основной нацией на чеченской земле. У меня до сих пор еще стоит в ушах этот душераздирающий визг на одной из первых встреч: «Мы не будем людьми второго сорта!». Оказывается, все это время русские жили здесь в полной уверенности, что мы, чеченцы, на своей же земле люди второго сорта!.. Но спасибо атаману казаков (фамилию, к сожалению, запамятовала), который убедил русских организовать свою диаспору и войти в этот Этнический совет. А «оголтелая дудаевщина» безоговорочно доверила этому Совету решать даже все межнациональные конфликты на территории России, нараставшие, как снежный ком: в Ставрополье, в Ростовской области, в Краснодарском крае и т.д. 
  Вот и сегодня, этот танцующий и поющий коллектив, являющийся «структурным подразделением» Минкультуры ЧР, работает в тесной связи с… военным комендантом, занимающимся в Шелковском районе «военно-патриотическим воспитанием». А цитаты одни чего стоят! «Полковник Н.Н. Фролов как-то сказал: «Защита Отечества – это защита и его культуры, всего, что создано народом, его веры, традиций, обычаев. Не менее важно и то, что наша армия всегда являлась важнейшим источником культуры. Традицией Российской армии всегда было воспитание людей не только беспредельно преданных Родине и воинскому долгу, но и высокообразованных, думающих творческих личностей» - пишут они на своей странице. Так и хочется организовать этому культурному центру хоть одну экскурсию по Чечне, дабы они посмотрели на дело рук «важнейшего источника культуры», стоящего на страже «всего, что создано народом»!.. Похоже, дальше Шелковского района они в последние 15 лет не выезжали… 
  Заглянем на минутку в «Татарский культурный центр» (с. 512) Гребенские татары, проживающие в Шелковском районе, почему-то пишут о себе с самоуничижением, что создали «своеобразную субкультуру». Кто им такое внушил? Носители богатейшей татарской культуры, исторически оказавшиеся рядом с носителями самобытной культуры гребенских казаков (так же сложившейся однажды на основе культуры чеченского народа), не только не утратили свою культуру, но обогатили ее другой культурой и создали уникальную новую культуру, позволяющую им говорить и о таком новом этнографическом феномене, как гребенские татары-казаки! Какое отношение это имеет к субкультуре, т.е. к побочной или к второстепенной культуре?.. Это самая настоящая, но своеобразная культура. 
 И наконец, «Терское казачество».  
«На беду, всегда находится довлеющая властная доминанта, благодаря воздействию которой, в угоду «общепринятой» теории, трактуются известные факты или логические построения реконструкции». – Вы что-нибудь поняли? А между тем, это сетования о непризнании древнейшего происхождения гребенских казаков, которые не имеют никакого отношения к донскому казачеству, и уж тем более – к русскому народу. Короче: «уникальная история терско-гребенского казачества еще ждет своего глубокого описания». А пока усвоим для себя, что «по летописным свидетельствам, на Куликовом поле великому князю Дмитрию Иоанновичу казаки поднесли икону Гребенской Божьей Матери… ». Казаки правильно опустили дату Куликовской битвы, поскольку сегодня уже достоверно известно, что в 1380 году Куликовской битвы не было.
Но это не суть важно. Проследим за следующей мыслью: «В 1561 году кабардинский князь Темрюк выдал свою дочь… замуж за царя. С одним из кабардинских посольств в Москву прибыла и депутация гребенцов». И уже почти лет 200 живущие на Тереке гребенцы, получают в подарок от царя, не поверите, эту самую реку Терек, «наказав им служить службу государеву, беречь вотчину кабардинскую», в подтверждение чего даже грамоту пожаловал в 1578 году! (Т.е. гребенцы не пришли на чеченские земли, а живут на своих исконных землях!) Похоже, депутация гребенцов осадила в Москве Ивана Грозного и вырвала эту грамоту измором, поскольку приехала в Москву в 1561 году, а вернулась с грамотой в 1578 году! 
  Городки (!) гребенцов были так знамениты, что «в Бременской летописи 1567 года (оказывается!) уже упоминается станица Червленная» как казацкий городок! 
  Когда «в первой пол. ХVII века на Кавказ из Москвы» были посланы два иностранца-минеролога, то охрану их поручили гребенцам, а те в своих воспоминаниях описали их быт и нравы: «по их словам, гребенцы отличались необыкновенной домовитостью и культурным развитием. Казачки ткали сукно, галуны, казаки сеяли просо и кукурузу, сажали тутовые деревья, разводили виноградники». Уже, как видим, лет 300 живут среди чеченцев, а научились всего лишь элементарным навыкам от чеченских женщин и стариков! А преподносится-то как – «культурное развитие»!..  
 А вот здесь, пожалуйста, приготовьте аршин – будем измерять земли казацкие: «первоначально география расселения гребенских казаков была достаточно неравномерной. Основное «гнездо» находилось в верховьях Аргуна и в устье Сунжи. Постепенно к устью переселилась основная масса гребенцов, а в 1712 году по приказу воеводы Апраксина, казаки переселяются на левый берег Терека, где на протяжении 80 верст поставили под старыми именами свои станицы – Червленную, Щедринскую, Старогладовскую и Курдюковскую. В дальнейшем, при развитии кавказской линии, были заложены станицы Гребенская (Новогладковская), Каргалиновская, Шелковская (Шелкозаводская), Дубовская, Бороздиновская», – вот такое вот «логическое построение реконструкции»! Мало того, что анонимный казацкий горе-патриот занес аршин на земли, на которых стоит ныне город Грозный, он даже для вящего «доказательства», согласился подсесть в «гнездо» «рабойничьих племен»!.. Оказывается, они выпали из этого «гнезда» аккурат на земли – с верховья Аргуна да в устье Сунжы. Жаль, что Ермолов об этом не знал. Уж он бы сумел вернуть гребенцам их «исконные земли»!.. И гребенцы почему-то маху дали – к Ивану Грозному пешим ходом до самой Москвы добрались, чтобы, надо полагать, закрепиться на Тереке, а к Ермолову два шага поленились сделать. Нешто не отдал бы супостат земли, занятые ненавистными ему чеченцами? Но привязанность гребенца к топонимии не может не умилить – отстроили новые станицы под старыми названиями. Сплоховали немного. Надо было в названии закрепить историческую несправедливость, как в случае с «Новогладковской». А на вопрос: почему новая Гладковская или новая Червленная, прозвучали бы разъяснения: «злые чечены» оттеснили с исконных земель!..  
  Но, если земли можно еще уступить, то в природе уступок не бывает. Так читаем: «гребенцы не менялись в сути своей. Уникальная культура, непревзойденные боевые качества… снискали им поистине мировую славу». Как тут не вспомнить «непревзойденные боевые качества» и жен гребенских: в книге, посвященной 300-летию династии Романовых, приводится такой пример, когда в отсутствии своих мужей, казачки отразили нападение горцев, выливая на них горячие щи из горшков! И надо сказать, что горшки эти оказались сильнее вострых шашек гребенцов – «с тех пор горцы боялись сунуться в казацкие станицы»!.. Не догадались казаки тогда поменяться местами со своими женами, поскольку достаточно было наварить щи и - без единого выстрела покончить с затянувшейся на века войной!..
  Но и это не столь важно для автора сего опуса. «Одним из самых интересных вопросов о жизни гребенских казаков является история их взаимоотношений с соседними народами… Постоянно шло взаимодействие культур и на хозяйственно-бытовом уровне. В гребенской среде среди казачьих жен было немало женщин-горянок (!!!), а также казаков-горцев, уходивших в силу различных обстоятельств на жительство в казачьи станицы». «Немало» – значит, много! А куда в это время смотрели боевые, «необыкновенной красоты казачки», когда их мужьям горянки рожали воинственных горцев-казаков? Наверное, они в знак протеста выходили замуж за тех «казаков-горцев» и рожали им, в свою очередь, маленьких чеченят?.. Судя по фамилиям казацкой и чеченской ребятни, так и выходит: «в станицах за одной школьной партой сидят… Гулаевы и Малаевы, Байсангуровы и Закаевы». 
 «Наиболее же близкие отношения сложились у гребенских казаков с чеченцами» не только потому, что они создали меж собой новые тайпы – «Гуной и Варандой». – «Сотни сражений, тысячи боев и нескончаемое число практически ежедневных стычек – вот боевая судьба казаков» - бравирует автор статьи. Представляете себе «ежедневные стычки» казаков с японцами, немцами или турками? Нет? Тогда, в чем здесь нужно усмотреть предмет гордости казаков? Это «нескончаемое число ежедневных стычек» приходилось, как говорил Пушкин, на соседей, когда они выходили «руку правую потешить, Сорочина в поле спешить, Иль башку с широких плеч У татарина отсечь. Или вытравить из леса Пятигорского черкеса…». Есть чем казакам гордиться и бравировать.
 «Удалые поединки с горцами вблизи родных станиц практически не оставляли времени для мирной жизни». – читаем дальше. Ничего себе «удаль»!.. Прямо как по Пушкину: «Перед утренней зарею Братья дружною толпою…» отправляются на «молодецкий разбой»… Вот почему для гребенцов, как они пишут, «война и связанные с нею потери стали привычной обыденностью». И ничем больше. А как можно отказаться от обыденности? Привыкайте, соседи.
 Особенно впечатляют на фоне этой «привычной обыденности», связанной с человеческими потерями, слова о «геноциде» по отношению к гребенцам в период после подписания «предательского Хасавюртовского сговора». «Удаль» «банд ваххабитствующих молодчиков» (?) не по нраву казакам. Кому нужны соперники, даже в кровавых делах? 
 Но «заря надежды воссияла над Тереком» и при «всемерной поддержке первого президента ЧР А. Кадырова» казаки «образовали республиканский Терско-Сунженский округ, целью которого стало возрождение казачества в Чечне, организация несения казаками государственной службы».
Оказывается, достаточно прикрыться именем погибшего человека в своих далеко идущих планах и можно потирать руки: авось, пролезет!.. Казаки могут создать на территории Чеченской Республики только Казачий круг, но Округ есть административно-территориальная единица в составе Республики, то бишь – малая автономия. Говоря проще, казаки намереваются создать, пока в составе Чечни, своеобразную «Южную Осетию» или «Абхазию» со своей армией! А при «очередном геноциде» слезно просить Москву, чтобы взяла она их, несчастных, под свою защиту. Территории уже определены, граница очерчена, да и сам Кадыров-старший «принимал участие» в переделе государства, и Кадыров-младший «продолжил его славные дела»: «…готовится республиканская программа поддержки казачьих обществ, вошедших в гос. реестр, серьезно прорабатываются проекты возвращения на родину ранее выехавших станичников…». Надо же укреплять государство в государстве! А от чего бежали станичники, если на их дома не сыпались бомбы? Перечисляя объекты соцкультбыта, которые спешно восстанавливаются для гребенских и пр. казаков и здание управы Т.-С. округа, автор статьи забыл упомянуть, что за время двух войн на их территорию не только не упала ни одна бомба, чтобы спешно восстанавливать их в первую очередь, но что казаки, создав Ермоловский полк, сами непосредственно участвовали в первую кампанию в геноциде чеченского народа! Почему бы не рассказать читателям этой книги о «подвигах» в Чечне полка, названного именем самого кровавого царского генерала? Он тоже будет нести «государеву службу» на территории Чечни, продолжая «славные боевые традиции»?
 О Наурском казачестве тоже немало можно узнать нового. «До появления в горах шейха Берсана, все мирно уживались друг подле друга», - пишет автор. Оказывается, вот где собака зарыта: если бы шейх Берсан не стал распространять среди чеченцев Ислам, царская армия не топталась бы на Терском хребте 300 лет, совершая непрерывные походы в Чечню!
  А так чеченцы сами виноваты: «распространение Ислама, последовавшее включение (!!!) ЧР в состав России (???), вызвавшее в свою очередь (!) появление на терских берегах регулярных войск» - до чего кучеряв русский язык! Почему бы не прописать, как было: насильственное покорение Чечни и включение ее в состав Российской империи? А то получается, что еще в 19-м веке Чечня попала в Российскую Федерацию, что «вынудило» казаков принять на левом берегу Терека русскую армию.
 «Череда кровопролитных сражений Кавказской войны» - красиво звучит и вовсе не заподозришь в этой «череде» истребление народа на корню, т.е. геноцид. 
 «Среди наурцев одной из самых распространенных форм было принятие на воспитание в казачьи семьи горских мальчишек. Проведя в станицах несколько лет, юноша превосходно овладевал русским языком, грамотой, осваивал специфику быта, новые приемы и способы ведения хозяйства». Как жаль, что о таком участии наурских казаков в судьбе чеченских мальчишек не знал Пушкин, а то бы он своего героя - адеха заставил отдать сына Тазита в казацкую семью, а не в чеченскую, «чтоб воспитаньем из него тот (старик чеченец-М.В.) сделал храброго чеченца»!  
  «От детей кунаков не хранили в тайне и своеобразные воинские приемы, они наравне с казачатами, подрастая, осваивали ратное мастерство», - узнаем мы сногсшибательную новость. Вот, оказывается, кому чеченский народ обязан своим воинским искусством – казаки научили чеченцев воевать!.. Против себя же, надо полагать? Или против русской армии? И ученого Умалата Лаудаева, и всемирно известного политолога Абдурахмана Авторханова тоже, оказывается, казаки вырастили в своих семьях! Да так, что «нельзя было однозначно сказать, к какому именно миру они принадлежат, они были неразрывной частью и чеченского, и казачьего народа». Красиво. Но, кто сказал, что, приласкав двух чеченцев, и самим можно подняться в статус народа, позволив себе «забыть», что являются всего лишь обычным сословием. 
  Оказывается, лишь преданность каждого своей вере отличает чеченцев и казаков, являющихся «зачастую зеркальным отражением друг друга». Жаль, Сталин не знал об этом сходстве, иначе не разлучал бы братьев-близнецов в 1944-м…
  А дальше идет просто прямое издевательство над своим «зеркальным отражением».
 «Вот судьба прославленного чеченского пристава, казака станицы Калиновской Артамона Лазаревича Чернова… принял участие во множестве боев и походов… прославился беспримерной храбростью… всякий раз бросался в самое пекло схваток… среди казаков и чеченцев пользовался бешенной славой и непререкаемым авторитетом. Сутью его характера было совершать необыкновенные дела, какого бы рода они не были… лишь бы вновь ощутить пьянящий холодок опасности… хотя удалец, непревзойденный стрелок и рубака, (т.е. рубил чеченцев!) не мог внушать страха своим врагам… » - остановимся на этой опечатке, единственно справедливой из всего вышесказанного.
 Очевидно, казаки не знакомы с книгой Л. Колосова «Славный Бейбулат», в которой довольно подробно описываются «славные» дела есаула Черного (он же - Чернов), отличавшегося самыми мерзкими личными качествами, за что и был назначен одно время приставом на чеченской земле, но ненадолго, поскольку мерзости его не знали границ, и даже власти не захотели разделять его уголовные преступления, которыми он не гнушался. Лишенный всех чинов и наград, он закончил свою жалкую жизнь, спившись окончательно. Нельзя сказать, что автор статьи о казачестве не знает этих фактов. Наглость его просто не знает границ, поэтому он позволяет себе писать: «Чернов мог встать на сторону простого горца, обиженного членами могущественных фамилий, не страшась неминуемой в таких случаях мести». Хотелось бы посмотреть хоть на одного обиженного чеченца, который прибег бы к помощи казака, тем более есаула Чернова! И что значит «могущественная фамилия»? Для каждого чеченца нет могущественнее фамилии, чем его собственная. Прекрасно понимая, что чеченский народ не знал никогда классовых различий, автор статьи о казачестве пытается внушить читателю мысль, что «могущественная фамилия» - это вроде салтычих и аракчеевых в России. И это против них с открытым забралом шел казак из фамилии совсем немогущественной – Чернов. «Однажды он только силой своего убеждения смог вернуть в родные аулы партию в 700 всадников, вознамерившихся было поучаствовать в возглавляемом кабардинцами мятеже», – это же надо так развить свою фантазию! Начисто лишенный чувства меры, автор затмевает ложь самого барона Мюнхгаузена: «Чеченцы считали Чернова выдающейся, в чем-то даже сверхъестественной личностью». Это святым что ли?.. 
  «В 2006 году, - читаем дальше, - полковник Черкашин избран Атаманом республиканского округа»!.. Если казаки компактно проживают на территории Чеченской Республики только в трех районах, как может Черкашин быть атаманом «республиканского округа»!? «Ежегодно выращивая отменные урожаи…», казаки под началом полковника Черкашина пополняют «окружную казну»! Т.е. у казаков сложился на сегодняшний день свой автономный округ пока в составе ЧР: со своей политической властью, армией и казной? Не удивительно, конечно, в таком случае, что к такой влиятельной фигуре «частенько заходят посоветоваться и всеми уважаемые старики – чеченцы». Чернов умер – да здравствует Черкашин? Собирая «отменные урожаи» и пополняя свою окружную казну, атаман, тем не менее, не гнушается запустить руки в Фонд Кадырова, куда не делает отчислений, но «в кратчайшие сроки» капитально отремонтировал здания управы округа, отдела и православного храма станицы Наурской. Но и это еще не все. У атамана «запланирована серьезная бюджетная поддержка возрождающихся казачьих организаций, взявших на себя обязательства по несению государственной службы». Будучи советником президента Чечни, наверное, легко лоббировать свои интересы. А в чем эти интересы казаков? «Пришла пора серьезных решений и огромной каждодневной работы. Казаки, как и встарь, готовы все свои силы отдать на благо родной земли, трудиться для процветания и сражаться, оберегая ее от врагов»! Т.е. на наши деньги будет создан не один ермоловский полк, который будет оберегать Россию от врагов ее. Японцев? Турок? Немцев? «Как встарь», - говорит о том, что спасать Россию будут от чеченцев! 
 Вот так, размахивая перед носом чеченцев то кнутом, то пряником, казаки протащили в книге «Чеченская Республика» идею создания в отдельно взятых районах Чечни свою автономию. Пример Южной Осетии и Абхазии сподвиг их на столь дерзостный шаг. Отсутствие под статьей фамилии автора тоже дает свои плюсы – за автора этого барского жеста в адрес казаков можно ведь принять и нынешнюю власть в Чечне. И это тоже сделано намеренно авторами Проекта. 
 Как надо было ненавидеть свою бывшую родину, чтобы взяться за издание книги с целью подорвать авторитет и лицо Республики! У Елены Шевченко с ее командой это получилось.
Когда за твои же деньги на тебя замахиваются нагайкой, внушая тебе, что делают это из большой к тебе любви, наверное, трудно сразу заподозрить человека в дурных намерениях. И тем не менее это случилось. Перед нами труд, который не имеет право на жизнь в таком виде, в каком он вышел в свет. Кто считает иначе, может написать подобный труд о соседнем государстве или о том же Ставропольском крае. И он узнает тогда, может быть впервые в своей жизни, как выглядит кузькина мать. 
 
  Марьям Вахидова.

PS. О фото-альбоме, изданном на вырученные от книги «Чеченская Республика» деньги, поговорим отдельно. Это того стоит.
 

Просмотров: 4251

  Коментарии (3)
Написал(а) Иван, в 13:03 10.05.2011
Досточтимая Марьям. Откуда в Вас столько ненависти к казакам в частности и к русским вообще? История наша тяжела была для всех, не только для чеченцев. Но разве взаимная ненависть - ответ? Разве это выход?  
Я уже и не говорю о том, что Ваши \"доводы\" зачастую просто - эмоции. И эмоции крайне неприятные. А возразить Вы ничего по большому счёту не можете. Да, есть такие - терские и гребенские казаки, были они и в истории, и жили веками на этой земле. Я понимаю, что сейчас эти страницы хотят выдернуть из истории, чтобы оправдать вытеснение русских из \"Чеченской республики\". Это авантюра, за которой ещё последует новая расплата.
Написал(а) Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script , в 17:28 10.05.2011
Еще одна историческая закономерность? Если прописано в одном ряду: "чеченец" и "Иван", то непременно должно венчаться все "расплатой", "новой расплатой"?.. 
Не знаю, Иван, вы за казаков ратуете или за русских, во всяком случае это "борьба" нанайского мальчика - у Вас нет повода для беспокойства, это нам, чеченцам, подсунули (за наши же нехилые деньги!) дерьмо (пардон!) в упаковке. Я лишь предостерегаю - несъедобное и неудобоваримое!  
Если Вы зашли на мой сайт из великой любви к чеченцам, приношу Вам лично свои глубочайшие сожаления...
Написал(а) Юрий, в 21:39 20.03.2015
Марьям, тебе надо голову лечить, если это вообще возможно в твоем случае. Такие плевки в русские историю, культуру и материнские чувства!..

Добавить коментарий
Имя:
E-mail
Коментарий:



Последнее обновление ( 26.07.2010 )
 
< Пред.

Видео

М. Лермонтов. Тайна рождения поэта. ч.1
М. Лермонтов. Тайна рождения поэта. ч.2
М. Лермонтов. Тайна рождения поэта. ч.3
М. Лермонтов. Тайна рождения поэта. ч.4
М. Лермонтов. Тайна рождения поэта. ч.5